Каждое поколение должно оставить что-то после себя

24/11/2017

 Авнер Яшар, израильский архи­тектор, который построил де­сятки небоскребов по всему ми­ру, поговорил с корреспондентом «ДП» о будущем городской архитектуры. 

- С уче­том того, что жизнь быстро ме­няется, нужно ли сейчас стро­ить дома, которые простоят сот­ни лет?

- Люди сейчас привыкли к тому, что картинки постоянно меняют­ся. Мы видим картинку, забываем о ней через 5 минут и жаждем новой картинки. И здания — это тоже кар­тинка. Раньше архитектурные стили приходили надолго. Одну сотню лет был ренессанс, а затем еще столь­ко же — барокко. Сейчас изменения происходят постоянно, и этот люд­ской голод относительно изменений картинок будет не только в телефо­не, но и во всем — ив моде на одеж­ду, и в зданиях. Так что здания придется строить так, чтобы они могли меняться. Ина­че будет скучно, они не бу­дут нравиться людям. Лю­ди больше не любят по­стоянные вещи.

Здания всегда строи­лись и сейчас строятся долго и требуют боль­ших инвестиций. Вы де­лаете окна, двери, детали фасада. Я думаю, что это изменится. Думаю, мно­гие здания станут большими экрана­ми. То есть не бу­дет больше тра­диционного фа­сада со стена­ми и окнами, вместо этого будут экраны с информа­цией, с кар­тинка­ми, с небом, музыкой и еще не знаю с чем. В Китае ночью все небоскребы уже светятся, по ним бегут картин­ки, и все движется.

- Получается, первоначальный внешний вид зданий будет уже не так важен? Архитектор, по су­ти, занимается не фасадом, а про­думыванием сценариев жизни в этом здании?

- Думаю, в целом это правда. Ко­нечно, важно и то, как здание выгля­дит. Когда люди ходят по улицам, они хотят видеть красоту. Но важно понимать, что города сейчас превра­щаются в кибергорода. То есть го­рода нужно воспринимать не толь­ко как здания, а как соединение тех­нологий для управления городом, как big data. Если при реновации хрущевок мы используем эти идеи для Москвы сейчас, то через 10 лет Москва может стать самым модер­низированным и цифровым горо­дом мира. Нужно думать не толь­ко о том, что новые здания заме­нят старые. Я думаю, весь наш образ жизни в городах изменится благода­ря таким проектам.

- А вы в своей работе используете эти массивы данных?

- К сожалению, мы пока не исполь­зуем big data в нашей работе. Все-та­ки это довольно новая идея, и сейчас во многом идет только сбор данных. Технология прямо сейчас не предо­ставляет архитекторам прямой до­ступ к big data для конкретных про­ектов. Но я думаю, что через 5-7 лет все будет по-другому. Думаю, что че­рез 5 лет работа, которую мы дела­ем, будет проходить в кооперации с большим количеством технологий и знаний, полученных с помощью больших данных.

Мы сейчас используем программ­ное обеспечение для того, чтобы тес­тировать на проектах небольшого масштаба передвижения людей. Мы в программе меняем расположение здания на участке и видим, как ме­няются потоки людей. Это статисти­ка, математика, но этот инструмент помогает планировать. Мы только в начале пути, но это очень вдохнов­ляет — видеть, как потрясающе ме­няется мир, строительство, моя про­фессия. Думаю, лет через пять ар­хитекторы уже не смогут работать без big data.

Знаете, городское планирование — это для людей. Не для архитекто­ров, не для мэра, не для политиков. И когда все эти данные, big data, бу­дут собраны, они позволят проек­тировщикам знать, как люди реа­гируют на те или иные вещи, по­нять, как сделать так, чтобы люди чувствовали себя лучше. Например, у вас есть две площади, на одной люди останавливаются, берут кофе и остаются, а другую просто пробе­гают мимо. Почему? Когда у вас бу­дут эти данные, вы сможете анали­зировать поведение людей и предо­ставлять им лучшую, среду. В этом идея. Это инструмент, который мож­но будет использовать для создания лучшей среды.

- Давайте еще поговорим про высоту зданий. Это больная тема для Петер­бурга. В вашем порт­фолио и малоэтажные комплексы, и небо­скребы. Если гово­рить о будущем, высо­та зданий вообще име­ет значение?

- Высота — это прос­то вопрос городского пла­нирования. Я верю, что городская жизнь очень активна, ког­да много людей живут не очень да­леко друг от друга. Люди стремятся жить в городах, ходить по нему пешком. Тогда они могут чувствовать улицы, чувствовать жизнь на улицах. Если вы строите низкоэтажные здания, вы размазываете население по боль­шой площади, и в конечном счете вам понадобятся машины.

Мне кажется, лучше создать среду, в которой много людей, живя на не­большом пространстве, создают яр­кую городскую жизнь. И для этого некоторые здания должны быть вы­сокими.

Я верю в высотные здания. Конеч­но, в некоторых зонах могут быть законодательно ограничены высот­ные постройки, как я и сказал, это вопрос планирования. Но я верю, что в XXI веке лучше всего комбини­ровать этажность, чтобы рядом бы­ли и шести-, и двадцати-, и сорока­этажные здания, и небоскребы. Ес­ли создать такой микс, собрать лю­дей вместе, то в этом районе будет кипеть городская жизнь.

- А как вы в своей практике стро­ительства высотных зданий справлялись с недовольством жителей, если оно было, какими были механизмы?

- Прежде всего — люди во всем ми­ре не любят изменений. Это челове­ческая штука. Поэтому нужны лю­ди, которые профессионально дума­ют о будущем, планируют.

Можно привести пример Лондо­на. Он не так красив, как Петербург, и у него нет такой богатой архитек­турной истории, Петербург действи­тельно уникален. В Лондоне нельзя было строить дома выше собора Свя­того Петра. Но в последние 15 лет эта норма изменилась. Там были опре­делены визуальные коридоры, в ко­торых нельзя строить выше какой- то отметки, чтобы высокие здания не появлялись в этих видовых па­норамах. Но власти разрешили стро­ить башни в Лондонском Сити. Те­перь там много небоскребов, которые построили лучшие архитекторы мира.

Очень волнующе и прекрасно привносить новую энергию в старый го­род. Я думаю, что даже в Петербурге есть места, где можно построить высокие здания, а старый город ос­танется прекрасным. Одно друго­го не исключает. Сочетание старо­го и нового — одна из вещей, кото­рая создает великие города. У каж­дого прекрасного города есть исто­рия. Но, если история более важна, чем настоящее, мне кажется, это проблема. Нужно найти путь, чтобы сочетать новые идеи и историю.

Каждое поколение должно оста­вить после себя что-то, чем оно жи­ло. Я не думаю, что главная задача людей, которые живут в Петербур­ге сейчас, — сохранить историю. Ис­тория здесь существует, она важна, красива, это важный город с мировой точки зрения, но сегодняшняя жизнь тоже очень важна. Вот при­дет следующее поколение и спросит: «Что вы сделали?» Можно будет от­ветить: «Мы сохранили старый го­род». Но этого мало. Что насчет но­вых идей, молодых людей, компью­теров, всего прочего? Я не против ис­тории, но должен быть путь, чтобы со всем уважением к истории вопло­щать новые идеи.

Я не думаю, что люди 200-300 лет назад были умнее, чем нынешнее поколение. Они были умны, и им повезло, что Петр I основал этот го­род. Но у этого поколения не меньше прав, чем у того.

НАДЕЖДА ФЁДОРОВА news@dp.ru

Дата публикации: 24/11/2017 19:01

Дата последнего обновления: 24/11/2017 19:01